Там, где сумерки стоят часами,
Что день, что ночь - невелико различье.
Я когда-нибудь уйду с концами
Туда, где серость лишена двуличья,
Где я уже ни за, ни против,
Где длинные тени в полдень.
Стрелки обессилили, часы остановились,
И целый месяц Солнцу не взойти.
Деревья, как кусты,
Под лысые холмы
Спустились...
А возле моря - скалы, валуны.
И всё. Звенящей пустотой наполнен,
Где длинные тени в полдень.
Из череды событий выпал,
Почуял сущность перемен -
Единственной фигуры грани.
А что есть судьбоносный выбор?
Узнай, что у кого и с кем -
Бросай набор костей игральных.
Всё меньше доверяя сужденью и совету,
Я по звериному ступаю следу
И прохожу ущелья в скалах.
Уже слыхать настырные боренья где-то
Солёных волн со шквалом.
Священный путь ещё не пройден,
Где длинные тени в полдень.
Когда сплошная ночь накроет фронтом,
Я здесь застряну в ожиданьи чуда.
Через зенит до края горизонта
Раскинется огромная причуда:
Свисает занавес светящейся материей,
Ночная радуга сквозит мистерией
Над сонными лесами.
Не описать словами...
Заела дрожь...
Где правда, а где ложь?
Уйти на неопределённый срок,
Зависнуть между строк,
С невидимым потолковать о настоящем,
О сущем, о былом, о предстоящем,
О сложном, о простом...
Тайком...
Художника терзает по пятам
Долг ненаписанных полотен.
Мне нужно задержаться там,
Где длинные тени в полдень.
Иллюстрации:
1. Аделина Копыльцова (https://vk.com/delin_nana);
2. Рисунок - Родион Подолян, фотошоп - Павел Баканов;
3. Ольга Зарицкая (https://vk.com/id69033752);
4. Ольга Зарицкая (https://vk.com/id69033752).
Illustrations:
1. Adelina Kopilcova (https://vk.com/delin_nana);
2. Painting - Rodion Podolyan, photoshop - Pavel Bakanov;
3. Olga Zarickaya (https://vk.com/id69033752);
4. Olga Zarickaya (https://vk.com/id69033752).
Беседы о книге "Галоп по нищим сёлам", о положении современного общества. Вопросы о творчестве и аспектах, связанных с путешествиями. Ведущий - Дмитрий Лычко (г. Благовещенск). Песни: "Его отец стал пить", "Отверженные", "Выходи из комы". Скачать и приобрести книгу: http://bakanov.info/books.php
Представляю вашему вниманию книгу "Галоп по нищим сёлам". Мои путевые очерки о Дальнем Востоке. Современная картина жизни российской глубинки на примере Хабаровского, Приморского краёв, Амурской области и ЕАО. В книге описаны концертные поездки по деревням на протяжении нескольких лет, и на основании этого подведены итоги о том положении, в котором сейчас находится наше общество. Сухая правда и авторские комментарии.
Электронная версия книги представлена в открытом доступе для скачивания. Рекомендуется сделать пожертвование автору на ту сумму, на какую вы эту работу оцениваете.
Отзыв путешественника и писателя Антона Кротова (https://vk.com/id7425734):
Книга хабаровского автора-исполнителя Павла Баканова — срез всей нашей сельской дальневосточной действительности. Подобно Радищеву, проехавшему 220 лет назад из Петербурга в Москву и описавшего глазами путешественника всю тяжесть и беспросветность тогдашнего быта, — Павел объехал под сотню небольших городков и сёл Дальнего Востока со своими концертами. И не только объехал, но и внимательным образом заметил и описал картины нашей действительности 2010-х годов, не сильно отличающиеся от того, что увидел когда-то Радищев. Разруха и пьянство, лень и безынициативность, воровство и апатия — на фоне всего этого, оказывается, существуют и активисты-одиночки, пытающиеся улучшить и спасти эту сельскую действительность. Читая книгу П. Баканова, думаешь, по словам классика — "что же будет с Родиной и с нами", понимаешь проблемы российской глубинки и начинаешь размышлять, какие наши собственные действия к какому приводят результату. Спасибо Павлу за книгу.
Вся актуальная информация о том, как заказать бумажную или бесплатно скачать электронную книгу, у меня на сайте:
http://bakanov.info/books.php
Случай, который я собираюсь разбирать сейчас, для меня слишком показательный и наводит на множество выводов. Ради него затевалась вся эта серия публикаций.
Конечно, можно сказать, что этот случай единичный, и не стоит из него делать статистику. Но сам факт подобной встречи для меня является своего рода прояснением: в основном они там ни черта не хотят понимать и весьма ограниченно мыслят. Чего удивляться тому, что сегодня фактически стало нечего смотреть и слушать?
Недавно меня приспичило идти искать возможности проведения серии выступлений в образовательных учреждениях родного города. Я недавно вернулся из очередной длительной гастрольной поездки, но не сделал никаких записей - музыкальная программа была сырая почти до самого конца тура, к тому же в дороге произошла поломка в оборудовании. Чтобы восполнить пробел, я решил провести несколько концертов, дабы записать их на видео, аудио на новой аппаратуре. Обращался в школы, ВУЗы, колледжи. Многих заинтересовало.
В числе прочего ради интереса зашёл в одно место, в котором никогда раньше не бывал, хотя часто хожу мимо. Дальше пойдёт профессиональная дискредитация, но я всё равно назову это место - это наш местный Институт Культуры. Обычно я опускаю имена в таких случаях, но в этот раз слишком показательно название, которое уже подтверждает закономерность. Если вы слышите где-то слово "культура" - да, берите его в кавычки.
Не было у меня никаких задних мыслей и никакой подготовки к внештатному результату переговоров. Обычно мне либо идут навстречу, либо вежливо отказывают. Я прекрасно понимаю то и другое. Но здесь произошло то, к чему я был совсем не готов.
Я дождался педагогов, которые заведуют вопросами проведения концертов для студентов. Я считал уместным предложение провести творческую встречу человека, который много лет занимается музыкой, с молодыми людьми, которые ещё только практикуются в этом. Казалось бы, самое место для такой встречи. Однажды я выступал в музыкальной школе в посёлке Нижний Одес в Республике Коми для учащихся и педагогов - концерт прошёл очень тепло.
Но в этот раз меня сразу смутило, что эти две дамы как-то настороженно на меня смотрят. Вернее сказать, пренебрежительно.
Я представился, коротко рассказал, чего я хочу. Мне пояснили, что выступление возможно, если музыкальный материал будет укладываться в канву учебного процесса. Понятно, им важен формат. Но в таких случаях я не пытаюсь подстраиваться - лучше пусть откажут.
Я включил им концертные записи двух песен "Озеро снежное" и "Я не закончу этот день". У дамы напротив меня выражение лица не менялось.
Не дослушав второй песни, она сказала, что достаточно. И тут заговорила она: "Обычно такие к нам приходят поступать. Здесь нет ничего такого. Набор из трёх-четырёх аккордов. Все начинающие сперва мучились, потом им это надоело, и они приходят к нам учиться. Вы должны понять, что это у вас, прямо скажем - андеграунд. Темы одни - страдания. Вот придёте к нам поступать, мы вас научим. Так почти всегда - НАСТРАДАЛИСЬ и к нам. Всего хорошего." Весь разговор длился не более 10 минут. Всё это было безапелляционно сказано с абсолютной убеждённостью знатока без тени сомнения в своей правоте.
Я очень много общался с разными серьёзными творческими натурами на темы своих произведений и творчества в целом. Профессиональные художники, включая одного профессора худ графа, талантливые музыканты, которые десятки лет создают произведения и выступают, писатели и поэты, журналисты, режиссёры, научные сотрудники институтов, проповедники и представители духовенства из разных городов и стран никогда ещё прямо не разговаривали со мной ТАК. Зато я хорошо узнаю этот, обнажающий только собственную тупость, нивелирующий стиль общения из своего родного железнодорожного ВУЗа, который к искусству даже близко отношения не имеет. Когда дотянул до второго курса, мне уже было противно там находиться. Все остальные учебные годы старался меньше напрягаться - пусть ставят трояки, а я хоть буду спокойно своей музыкой заниматься.
Бывают же скучнейшие люди! Презрительно плюнуть в вашу сторону, когда вы ничего не хотели плохого, это я хорошо помню ещё в стенах родной Альма Матер. Ни во что не ставить вашу личность, а только ждать от вас сухого результата, угоды и подобострастия. С ними было трудно как с людьми. Каждый из них олицетворял собой препятствие, которое надо преодолеть и скорее забыть. Мой отец называл таких людьми ушлыми, которые сами ничего не могут, поэтому начинают учить других - это их способ самоутверждения.
Я вспоминаю с теплотой только своих школьных учителей и некоторых преподавателей из своего ВУЗа, которые вели не профильные предметы - историю, философию, культурологию. С гуманитариями было интересно. Также некоторые лаборанты, принимавшие только зачёты. За редкими исключениями все остальные нас мучили. Тяжело в учении, но любые тяготы переносить легко с хорошими людьми. Сейчас у меня почти не возникает желания встретиться с кем-то из них и просто пообщаться. По большей части не о чем было с ними поговорить, кроме предмета. Чаще всего это именно скучные люди. Попадались очерствевшие и озлобленные.
Надо полагать, такое отношение к другим у них выработалось за долгие годы преподавания. Через них конвейером идут студенты, которые постоянно от них что-то хотят - зачёты и оценки главным образом за красивые глаза. Отношение тоже конвейерное. Вечное противостояние: одни не хотят учиться, другие не хотят уступать и заняли глухую оборону, чтобы не допускать до сессии без боя. До мордобоя, не помню, доходило ли, но одно убийство студента преподавателем нашумело.
А тем более железная дорога! Каждый работник железной дороги - винтик огромной слаженной системы. Туда идут работать только за хорошие деньги. Представьте себе, чтобы кто-то испытывал любовное чувство к железной дороге! Она вся холодная и железная, начиная от рельс, заканчивая диспетчерами. Разумеется, я даже не планировал там карьеру. Я хотел научиться программированию, которое было в нашей специализации, но в итоге ничему толком не научился, наелся бесполезными предметами. Программирование во многом творческий процесс - постигал уже сам на практике, после того как получил свой ненужный диплом.
И вот передо мной такие же люди, да ещё советуют идти поступать к ним. Институт гуманитарный, но апломб ещё выше. А сдались вы мне? Учителями для меня сейчас являются те музыканты, которые сочетаются с моим вкусом и в настоящее время создают достойные произведения. Подчёркиваю - в настоящее время. Все авторы, которые писали только по молодости, в настоящее время авторами не являются.
Ваших творений я не слышал, но у меня есть основания думать, что у вас и нет ничего. На вас не стоит заострять внимание, но я разберу ваши слова ради многих непосвящённых, сомневающихся, ищущих и особенно ради тех, кто хочет учиться музыке.
Жалко, в момент нашего короткого разговора не присутствовал третий эксперт в качестве свидетеля. Хорошо бы сюда владивостокского пианиста-виртуоза, который не раз на моих концертах бывал. Для тех, кто давно в искусстве, полагаю, здесь каждое утверждение является профанацией.
Три-четыре аккорда, как она сказала, видимо, это одна из стандартных фраз, чтобы отшивать кого-то. Если брать песню "Озеро снежное", там аккордов где-то полтора десятка. Вторую песню "Я не закончу этот день" мы прослушали чуть больше минуты, поэтому там всего нельзя было услышать. В каком смысле там вообще уместно понятие аккордов? Структура риффовая большей частью. Обыгрывается тоника в переменной ладовости. А судя по тому, как эта всезнающая дама брезгливо произнесла "андеграунд", видимо, не понимает совсем, на чём зиждется рок-музыка. Аккордными обозначениями "Am", "Dm" эти композиции не записываются. Чаще всего разучивают риффы по специальным "табам" начинающие, а профессионалы на слух подбирают. Или она тоники считает, называя это аккордами? Ну, пусть скажет бедуинам или индусам, что они наигрывают самую примитивную музыку вокруг одной-двух тоник.
Показательно ещё вот что. Если вы внимательно читаете публикации, когда я писал про работника филармонии, он оценил именно песню "Я не закончу этот день". Правда, он нашёл в ней только технику. Если эта дама ничего не нашла, всё это говорит о субъективизме оценок всех этих людей. То есть опять везде одна вкусовщина! И все они будут болтать каждый что-то своё в меру своих способностей что-либо воспринимать и оценивать. Работник филармонии, напомню, является композитором и исполнителем, чьё творчество мне не зашло. Поэтому он гитарную технику и увидел, потому что зациклен на ней.
Никогда они не сойдутся в едином мнении, как учёные одного профиля. Потому что в искусстве не как в точной науке - нет единых критериев, базовых аксиом, от которых можно отталкиваться в своём исследовании и выставлении оценок. Если есть какие-то общие правила, то лишь постольку поскольку. Если кому-то понравилось произведение, значит оно имеет право на существование. Всем остальным корректней будет сказать: "Это не моё." Перед тем как советовать что-то переделывать, подстраивать, менять - "улучшать" как бы - лучше вам сперва в свою критическую парадигму добавить ещё одно направление в искусстве. Не укладывается в вашей голове - это не проблемы автора. Научный методологический принцип бритвы Оккама оставьте в своём унылом кабинете. Плодить сущностей - приветствуется! Это искусство!
Уж тем более оставьте при себе смешные возражения, типа "ему нельзя петь" (такое однажды слышал про Юрия Шевчука от выходцев из того же института). Вот их экспертный уровень: научились петь под минусовку, теперь считают себя самыми умными. Доживут до предпенсионного возраста, засядут в какой-нибудь комиссии, и будут блистать суждениями, умничать друг перед другом и утверждать всевозможные календарные программы городских фестивалей.
Песня "Я не закончу этот день" на концертах была довольно дискутируемая по части содержания. У меня на эту песню даже целая огромная глава написана. Но эти господа самого главного, содержания, вообще не видят. Один смотрит на технику чёса медиатором, другая считает тоники, и на этом выносят свои вердикты достоинства произведения.
На этом всё касательно формы музыки. В любой музыке меня интересует прежде всего содержание и наполнение. Перейдём к содержанию. Точнее, к тому, что эта женщина смогла увидеть в моих песнях. Страдания. Не знаю, какие там страдания в песне "Озеро снежное". Описание зимней природы. Вторая песня - погружение в экзистенциальную проблему, безвыходный тупик в поиске счастья и цели существования. Распространённая беда людей. Не понравилось ей, что я пою про это? Но только один вариант страданий является приемлемым в их формате - любовная мелодрама.
"Настрадались - и к нам," - претензия на роль духовного Гуру, который умеет решать человеческие проблемы. Для меня совершенно ясно, какой уровень этого гуру в понимании музыки - сходный, как у некоторых директоров поселковых ДК.
Видно, это дама убеждена полностью, что со временем закономерен переход из области андеграунда в сферу профессиональной музыки, типа эстрады (под профессиональностью здесь подразумевается, что музыка становится ремеслом для зарабатывания денег). Но я навскидку назову известный пример обратного перехода - Игорь Тальков. Или тот же Кирилл Толмацкий, известный "Дэцл". Так что не факт. Из формата идут в неформат. Форматность - не признак какого-то венца эволюции для артиста. Скорее это конец для него. Но форматность для всех этих членов жюри является критерием качества. Поэтому они формат считают лучше неформата. В конечном счёте всё должно стать форматным, и ты не исключение! Приходите к нам учиться!
С такой же убеждённостью как-то раз мне один поддатый гастарбайтер объяснял, что Стас Михайлов - это круто! Всё, что я играю, по его словам - устарело. Пришлось с ним согласиться, чтобы прекратить дальнейший разговор.
Помилуйте! Я только что видел, кого они выпускают из своего института. Перед тем как я зашёл к ним в кабинет, меня попросили дождаться прослушивания студенток в актовом зале. Я присутствовал на прослушивании. После окончания ко мне подошёл молодой педагог, к которому меня изначально направили, и любезно спросил:
- Ну, как они вам?
- Ну… Неплохо.
Когда меня спрашивают, что я думаю насчёт той или иной местной группы, то если это чистая кавер-группа, я ничего о них не думаю. Кавер-группы мне не интересны. Как иногда в школе говорят: оценка на балл ниже. А если спросят про певицу, которая только под минусовку поёт чужие композиции, то для меня таких и вовсе не существует. Даже если там какой-то исключительный вокал, интерес это может вызвать только на один раз. Если меня пригласят сходить на очередного каверщика, не пойду точно.
Я не помню, чтобы в нашем Колледже пели под минус. Кажется, это дурной тон. Всё должно звучать живьём. Либо а капелла, либо под ф-но, либо под оркестр, либо ещё как, но без всяких халтур.
На этом прослушивании был прогон отчётных выступлений. Песни из малоизвестных направлений, что-то из мейнстрима новомодного. Кое-что я слышал раньше. Было что-то приджазованное. Большинство на английском. Всё та же эстрада и джаз. Но это не тот джаз, которому учили в колледже. Хотя джаз прошёл мимо меня, но для меня человек, играющий джаз - музыкант высокого уровня. А в этом случае каждый номер студенток - копирование оригинала. Воспроизведение вокальной мелодики без понимания гармонии. Ну, для зачёта сойдёт.
Настоящий джаз слишком непрост, я считаю, чтобы вокалисты уровня эстрады могли видеть там все эти конструкции. Для этого ещё надо инструменталистом быть и постоянно этот джаз исполнять. Аранжировки, по всей видимости, скачаны из интернета.
Содержание не режет слух, потому что тексты на английском. Хотите разочароваться? Почитайте перевод любимых англоязычных песен. Иностранный язык стерпит всё. Там банальности чаще всего. Раздутые страсти. Кичливости много, надуманности. Часто пошлятина и сквернословие, если это рок-музыка. Популярность завоёвывает именно это (впрочем, как и попса в нашей стране). Высокую поэзию встретите редко. Но поскольку музыкальный уровень в целом там повыше, то предпочтение отдаётся иностранщине. У нас сейчас практически ловить нечего, да и своё авторское не приветствуется.
Во время прослушивания прозвучала одна джазовая композиция с набором слов "дал дуба у дуба" - всё в таком духе. Большего и не требуется. Усложнённое караоке. Но джаз под минус петь, мне кажется, издевательство над жанром, ведь он считается почти академическим, прогрессивным.
Как оно мне? Интересуются. Я сижу с каменной физиономией, мне даже неудобно. Вон их подбадривают, им льстят. Какие они классные на сцене! Оставайтесь с нами всегда! Напоминает членов жюри программы "Голос". Я тоже должен расползаться в улыбке, на лету придумать комплимент. Вот я сухарь деревянный...
В моём железнодорожном ВУЗе и в частных творческих студиях мне доводилось слышать настоящих талантов. А тут - подражание гламуру, пустота одна. Полагаю, они там сами не понимают, о чём поют. Я жду проявления личности на сцене. Но там одна ряженая заурядность, много показного, актёрские движения. Я жду мысли, которую донесут до меня, но такой цели вообще не ставится. Поэтому английский язык, чтобы наоборот скрыть недостатки содержания. Это больше самопоказ, как на параде моды.
Здесь учат эстраде. Если к этому в дополнение идёт джаз, значит эстрада как бы элитная. И всё. Вот таких певцов караоке с большим эго и репертуаром ни о чём потом выпускают из этого храма культуры.
После всего к студенткам подошёл молодой педагог и спросил, сколько стоит у них исполнение одной песни. Надо там на 23 февраля кое-где выступить, мужиков с праздником поздравить.
Одну студентку это засмущало. Спросила, кто спрашивает. Он женат или нет? Если не женат, то её телефон не давать, а то уже было один раз - еле отвязалась.
Праздничные корпоративы - вот будут предложения выпускницам. Давайте ещё шампанское и певичек сюда! Кого там искусство интересует?
Творческие люди - открыты. Через своё творчество они делятся своей душой. Если кто-то глумится над чужим искусством, он плюёт в душу автору. Другой бы на месте оплёванного больше бы не стал делиться сокровенным, а тем более вот так со всеми. Но творческий человек при всей своей уязвимости иначе не может. Он хочет говорить только по душам и своим творчеством вызывает на этот диалог. Он будет терпеть и дальше.
В этом смысле художник всегда беззащитен. Он встаёт перед всеми и обнажается. Это привлекает внимание. Он добровольно занимает невыгодную позицию. Чтобы оставаться художником, он будет подставлять другую щёку, когда его начнут хлестать те, кто считает себя лучше его.
Настоящему художнику вообще не свойственно обороняться. Он хорошо понимает, что душа бессмертна, сколько её ни насилуй. Навредить душе невозможно, если он сам себе не навредит, поддавшись озлоблению, и вступив в противостояние с атакующими.
Художник обнажён. Хорошо это или плохо… Но эти не лучше. Они не снимали своих покровов. О них сложно судить. Но зачастую там одно несчастье, которое они не показывают за бронёй, но их нищета сквозит за их суждениями. Завидуют только нищие богатым. Они тоже хотят быть привлекательными. Восхищаться богатству чей-то личности могут только способные видеть и ценить это богатство. Тем самым они приобщаются, потому что нематериальные вещи имеют свойство умножаться. Художник не станет беднее от того, если кто-то станет наполняться его картиной. От этого только приобретают оба - поклонник и автор.
Я очень ценю дружбу с художниками. Это тихие люди, которые работают напрямую с образом. С художниками у меня лучше складываются отношения, чем с музыкантами, так как, во-первых, нет предмета для зависти и соперничества - род искусства совсем другой. Во-вторых, это не показное искусство в том смысле, что художник может демонстрировать только свои работы, а не себя самого. В отличие от публичных артистов, которые сами рождают искусство в этот момент своему зрителю - часто это портит их. Если находиться постоянно в центре внимания, это может вызывать гордость собой. В свою очередь гордость перекрывает возможность для творческого развития.
Поэтому ради возможности выступать публично многие артисты не чураются вторичности и халтуры. Живое авторское искусство сейчас встречается гораздо реже шаблонов, перепевок и фонограмм.
Однажды в период моего обучения в железнодорожном ВУЗе я сидел в институтской библиотеке. Кроме меня в читальном зале было ещё много студенческого народу. Все занимались учебными делами и читали журналы.
В зал зашёл невысокий человек средних лет. Он немного волновался. Работница библиотеки представила его нам: "Дорогие студенты, отвлекитесь, пожалуйста, на минуту. Вам хочет сказать несколько слов человек, художник, чьи картины висят на стенах нашей библиотеки."
Видимо, он заранее не готовился и говорил от сердца. Заметно, он переживал, сбивался и вообще не привык говорить с аудиторией. Если бы его нам не представили, то со стороны бы могло показаться нелепым его выступление, и зачем ему вообще дали слово - у любого преподавателя более ясная, последовательная речь. Но у него было большое желание что-то нам сказать, однако не получалось подобрать нужные слова. Он терялся. А под конец его обуревали восторженные эмоции.
К сожалению, я дословно не вспомню всего, что он говорил. Вначале он сказал, что ему очень приятно встретиться с нами, с теми, которые смогут увидеть его работы. Для него вообще большая честь находиться здесь. Речь его была недолгой, но вся в таком духе. Он как будто хотел нам передать что-то чрезвычайно важное, пытался завести речь о высоком, но чувствовал, что слова тут бесполезны. В конце его переполняло чувство благодарности.
Феерического эффекта не последовало. Реакция в зале была почти нулевая. Практически это был глас вопиющего в пустыне. Видимо, этого он и опасался. Потом он тихо удалился, как будто ему самому было неловко от того, что напрасно потревожил людей.
Не за что ему было благодарить нас. Но я почувствовал, что это было своего рода приглашением, и здесь не было ни маркетинга, ни какого-то умысла. Здесь была искренность.
Мне стало любопытно. Когда стал внимательно рассматривать картины на стенах, то сразу понял, что никогда бы не обратил на них внимание. Только слово художника побудило взглянуть на его работы.
Ни сам художник не был похож на артиста, ни его картины не могли вспыхнуть перед глазами и привлечь взгляд подобно наружной рекламе. Без вступительного слова самого автора, его труды здесь бы остались без особого внимания подобно узорам на обоях. Они почти такими все и были - набор абстрактных линий. Весьма замысловатая графика. И названия работ внизу.
Видимо, в этом что-то есть, но я чувствовал, что мне не хватает подготовки для усвоения подобного материала. А смогу ли я когда-нибудь вообще дорасти до понимания вещей, лежащих своим содержанием уровнем глубже простой очевидности?
В то время я прочно втягивался в рутинный учебный процесс, из-за которого пришлось оставить своё участие в команде КВН моего факультета. Учёба мне казалась более важным занятием. Хватит развлекаться, пора заниматься важными и нудными вещами - электротехникой, теоретической механикой и прочим.
Это был железнодорожный университет. Казалось бы, зачем вообще искусство на железной дороге? Но этот художник, возникший ниоткуда, ещё раз всем напомнил, что искусство нужно везде. Возможно, понадобится полжизни, чтобы это дошло.
Если у нас нет потребности в искусстве, то на каком уровне мы находимся? У собак тоже нет этой потребности. Уже потом на железнодорожной практике я наблюдал людей, связанных с этой работой. Одни могут носить синие погоны, важничать, производить статусное впечатление. Прочие рядовые исполняют одни и те же обязанности, не стремясь никуда по карьере. Эти любят поговорить, пожаловаться друг другу на свои проблемы, пообсуждать главные новости. Одни люди подчиняются другим согласно должностям. В целом здесь всё чисто, аккуратно и престижно. Никакие разговоры здесь не нужны, кроме деловых. Диалоги об искусстве, о смысле бытия только мешают работе. Система обходится без этого. Любой грубоватый хам на своём месте всегда будет востребован как специалист. Системе нужны исполнители, а все остальные человеческие недостатки она стерпит.
Но люди, работающие на железной дороге, всё-таки сделаны не из железа. И пьянствуют многие не потому, что им мало платят. Призвание человека выше самой высокотехнологичной деятельности. Поэтому человеческий фактор имеет место везде. Это не отбросишь, придётся с этим считаться на любом предприятии. Хотя бы цветы на окнах чтобы стояли... Корпоративные праздники, поздравления с днём рождения, доска почёта лучших сотрудников - уже не такая тоска.
Однако напоминание о высоком призвании вносит в жизнь ощущение неловкости, бессмысленности даже на самом завидном месте. Кажется, легче прогнать от себя такие мысли, чем пытаться что-то начать менять, вылезать из уютного угла. Потому что придётся менять в корне всё. У некоторых людей бывает, вообще жизнь целиком меняется.
Такой род искусства, затрагивающий самые глубинные уровни сознания, уровень совести, зачастую неуместен даже в среде самого искусства. Это вне всяких человеческих систем, и любая система такого вторжения не потерпит, также как не потерпит вторжения с целью морального разложения. В первом случае человек не выпадает из структуры, а поднимается над ней, становится независимым, и никакая структура уже не может его удержать. Так много чего перестанет вообще функционировать за ненадобностью, если люди начнут поголовно расти духовно.
Но объяснить это порой очень тяжело. Мы привыкли, что вне нашего круга существует один формализм. И если кто-то врывается незнакомый и начинает всем говорить о любви, о человечности, это уже вызывает подозрение. А тот, который пошёл говорить всем людям, что в мире существует любовь, регулярно сталкивается с этим недоверием. Художник, который зашёл к технарям студентам, для них сектант от искусства. Холодная реакция неудивительна.
Но с технарями всё понятно. А как обстоят дела у нас со святая святых - учреждениями искусства и культуры? Всё ли также печально?
Искусство, как духовный опыт, невозможно научиться создавать просто по книгам и образовательным программам. Сфера, которая простирается вне человеческих институтов, должна постигаться вне стен этих институтов.
Хабаровский Колледж Искусств, в котором я пытался одно время начинать учиться, я оставил после первого семестра. Ещё до поступления на заочку я долго занимался с педагогом по гитаре. Я всегда уважал это место и уважаю до сих пор. Колледж считается достаточно сильным в регионе, выпускники которого играют потом за границей.
Я всегда норовил прыгнуть выше головы, выбирал сложные произведения, даже скрипичные, и пытался их разучивать под наставлением своего гитарного учителя и концертмейстера - фактически эксплуатировал своих учителей. Это было до моего поступления, пока я не был обременён обязательной программой колледжа. Техника у меня была кривая и грязная, что вызывало у них умиление. Но они меня любили за моё устремление.
Когда я поступил на заочку, то было две основных причины, почему я вскоре оставил обучение. Во-первых, я не потянул нагрузку, обучаясь одновременно в техническом ВУЗе и музыкальном колледже, и надо было выбрать что-то одно. А во-вторых, я не получал от этой учёбы то, зачем я сюда пришёл.
Моя цель занятия музыкой была конкретной и ясной. Я не собирался играть ни в каком оркестре. Я хотел создавать серьёзную концептуальную музыку и сам же её исполнять. Если под этим подразумевается игра в музыкальном коллективе, то я видел себя в роли фронтмена.
Сейчас я хорошо понимаю, что та музыка, к которой я всегда шёл, представляет собой сплав не только одной музыки. Фактически музыка здесь является частью конгломерата, в который входят текст, музыка, ключевая идея, подача. В последние годы я даже стал подключать к этому художественные образы, приглашая художников к работе над моими песнями. А также стал писать комментарии к своим песням, раскрывая тему глубже. Но ключевым фактором написания какой-либо песни всегда для меня служит основная идея, вокруг которой выстраиваются все остальные ипостаси.
Я могу долго импровизировать на гитаре, но не считаю это тем, с чем я потом пойду на сцену. Импровизация для меня заканчивается на стадии поиска, и на суд публики я выхожу с отрепетированной окончательной формой. В этом моменте мы не сошлись с джазом, для которого живая импровизация является одной из основ. Поскольку я поступал на эстрадно-джазовое отделение, я немного вкусил этого жанра и понял, что это не совсем моё. Да и сейчас при всём уважении к этому непростому целому роду музыки, могу отметить, что джаз по своему характеру в основном является лёгкой музыкой (особенно когда в сочетании эстрада-джаз), которая трудна в исполнении, загружена без меры всем, чем можно - аккордными построениями, смещениями долей, инструментальными соло. На такой захламлённой музыкальной основе сложно выражать конкретику - джаз сам по себе непрост для восприятия.
Уже на тот момент я был до крайности негативно настроен ко всей российской эстраде и считал это бездарной пародией на искусство. А джаз - стиль из Нового Света, зародившийся и ставший элитным больше столетия назад. По своей тематике это изначально та же эстрада, но своими дальнейшими изысками часто доводит музыку до невозможности нормально передавать то, что хотелось бы в музыку вкладывать. В оригинале звучит уже старомодно, но по мере развития своей манерой джаз просочился во всевозможные другие стили. В целом к джазу сложно применить понятие аутентичности. Это как бы нарочная сложность в чём угодно. Есть в этом своё очарование, как в некой шутливости, но как будто нет смысловой первоосновы. Джаз - это музыка, которая произошла из музыки.
В общем, джаз остался для меня немного в стороне. У меня никогда не было потребности обращаться к этому стилю, как к душевному лекарству. И если рассматривать это направление как способ для выражения мыслей, то это всё равно что короткую притчу излагать в форме научного доклада с кучей специальной терминологии. Посвящённые в предмет поймут, остальные будут сидеть и чесать затылок. Хотя меня всегда интересовали необычные формы, но не настолько, чтобы взять за основу любую ерунду и накрутить на пустом месте целый огород. Истина любит простоту и ясность.
Был момент, когда я намеревался вернуться к обучению в колледже, но оставил эту затею. Я почувствовал, что придётся опять штудировать азы, а мне надо двигаться дальше. "Значит, ты колледж уже перерос," - сказал мне мой учитель. Колледж - одно из направлений развития. Для того чтобы стать музыкантом, не обязательно учиться в этом колледже, а то и вовсе не обязательно получать музыкальное образование, если тебе интересны те направления, которым нигде не научат. Направлений стало слишком много.
Я всегда относился с уважением к людям с музыкальным образованием. Мне они представлялись на каком-то качественно ином уровне, и я не рисковал к ним обращаться за предложением, допустим, поиграть вместе - себя видел дилетантом по сравнению с ними. Но в один момент мой взгляд изменился, когда я первый раз начал сотрудничать с флейтисткой, которая на тот момент заканчивала Академию Искусств во Владивостоке.
Она играла с различными городскими коллективами и горела желанием этим заниматься - сама же мне и предложила поиграть. Я не планировал выступать дуэтом с ней, но прикинул, что можно использовать живую флейту в студийной работе. Таким образом в альбоме "Состояние" появился звук настоящей флейты.
Но меня кое-что смутило, когда я говорил с ней о будущем сотрудничестве. Играть флейту по нотам - это одно. Но я бы хотел найти человека, который бы включился в создание самой аранжировки.
- Ты бы могла сама написать партию флейты?
- У меня мозгов не хватит.
Она играла только по нотам. После того как мы записали альбом, по её словам, это было самое сложное, что она когда-то играла. Я выжимал из флейты всё возможное. В одной из партий с трудом выдули верхнюю ноту. Уже не было речи играть такое живьём. С трудом записали короткими кусками множество дублей. Местами приходилось замедлять темп, чтобы она всё проиграть могла. Потом я всё это сводил и сращивал: делал лоскутное одеяло из удачно сыгранных фрагментов, выравнивал кривые ноты - редактуры было много. Но результат стоил этих заморочек. Всё-таки живая флейта не идёт в сравнение с электронным аналогом.
Конечно, способность играть сложные партии зависит от уровня музыканта. Хорошего флейтиста оказалось найти очень непросто, после того как я стал искать ей замену уже в Хабаровске. Сама она уехала в Индию.
После долгих поисков люди нашлись. Один из них - Виктор Бондаренко, пожилой признанный музыкант с большим опытом, известный в хабаровских кругах. Для меня стало неожиданностью, что такого уровня музыкант взялся играть мою музыку. Вторая - студентка нашего колледжа. Но во всех случаях речь шла о том, чтобы играть всё по нотам.
Это не редкий прецедент, а довольно распространённое явление, когда автор музыкальных произведений, имеющий техническое или иное не связанное с музыкой образование, привлекал к исполнению своих произведений профессиональных музыкантов. Большинство отечественных рок-музыкантов старой волны не имели вообще высшего музыкального образования. Юрий Шевчук сказал, что тогда в музыку шли поэты.
Чтобы вызывать сильное впечатление своей музыкой, нужно нести больше, чем музыку. А мой учитель всегда говорил, что важна внутренняя культура, которую передаёт исполнитель.
Весь мой опыт и все мои наблюдения говорят о том, что ни одно государственное образовательное учреждение не сделает из вас автора и настоящего творческого человека. Но убить такую способность может запросто. Помочь в творческом деле вам могут только те люди, с кем вы давно по душам общаетесь, которые обогащают вас духовно, ценят и любят вас.
Из вас сделает художника скорее какое-нибудь незапланированное событие - ранение в голову. Но какие-то прописные методы вряд ли существуют. Нужно что-то пережить, что подтолкнёт к этому. Если у вас нет потребности писать, сочинять, то вы и не станете автором.
Творческий процесс в чём-то схож с поведением безумца. Хорошо, что меня никто в этот момент не видит. Хождение из угла в угол. Жестикуляция. Разговоры с самим с собой. Смех иногда непроизвольный. Поток мыслей захватывает сильно, и это начинает вылезать наружу. Часто и психический дисбаланс. Ощущение бывает не самое приятное. Во всяком случае, раньше всё это было у меня действительно муками творчества. Сейчас немного спокойнее - кропотливая сосредоточенная работа.
Творческий процесс - работа внутренняя, глубоко индивидуальная и связана непосредственно с вашей душой. Здесь нет техники, нет общей программы, нет инструкции.
Есть у меня юная знакомая, творческая натура. Жалуется на отсутствие вдохновения. Постоянно загружена учёбой, но чтобы приходить в себя и пробовать что-то писать и рисовать, иногда сбегает куда-нибудь в соседний лес.
У каждого творческого человека этот процесс индивидуален. Согласитесь, в каком учебнике по теории музыки будут даваться рекомендации, как сбегать подальше в лес для занятий творчеством? Или пускаться в отвязные путешествия, как часто делают творческие люди. Этому всему невозможно давать логичные объяснения. Душа - потёмки. А сколько гениев с неуравновешенным и буйным поведением! Душа капризна и требует проявления в этом обусловленном мире, преодоления рамок, обретения свободы.
Всё, чему учат в школах, колледжах и ВУЗах - одни закономерности, техники и правила. Везде нас учат жить только в этих рамках, и вряд ли где-то научат проявлению той индивидуальности, которая в нас Творцом заложена. Поэтому людей без отклонений вряд ли можно назвать творческими натурами.
